Фото: MOS.RU
В стихии рождённая сила
01 января 2025 в 10:00 6560Париж, Гамбург, Сан-Франциско, Лондон… Эти и многие другие всемирно известные города горели и сгорали буквально дотла – неоднократно! Не обошла эта участь и Москву. Но после каждого огненного вихря она снова восставала из пепла ещё более величественной и прекрасной. И каждый московский пожар делал защитников города – огнеборцев – ещё сильнее и фактически вынуждал их искать новые, более эффективные методы борьбы со стихией. Сегодня российская столица надежно защищена от повторения прошлых трагедий. Но какой ценой?
«…Весь град выгоре. …токмо дым и земля и трупие мёртвых многолежаще», – из летописного сборника XVII века «О другом великом пожаре, о московском».
Чёртова дюжина пепелищ
Сколько раз на протяжении веков горела Москва? Точных цифр никто уже не приведет. Ведь в стародавние времена случаи, когда огонь уничтожал две-три сотни построек, и пожаром-то не считались. А вот если стихия превращала в головешки как минимум половину города, тогда летописцы спешили описать событие как достойное внимания.
Огонь был нежеланным, но, к сожалению, частым гостем у москвичей. Жилые дома, государевы дворцы, церкви, амбары, клети и даже Кремль – практически всё строилось из самого дешевого и доступного в те времена материала – древесины.
И почти в каждом строении горел свой огонек: в печи, на маковке свечей... На Кузнечном мосту от полыхающих горнов даже в лютые морозы веяло жаром.
Побывавший в Москве в конце XVII века немецкий путешественник Георг Адам Шлейссингер писал:
«…происходят у русских очень большие пожары, в основном из-за восковых свечей, которые они втыкают около своих освященных картин, называемых иконы, и они горят там день и ночь».
Попала на икону искра, выкатился из печи случайный уголек – и вот уже набравший силу обжигающий вихрь стремительно перекидывается с одного строения на другое, ведь постройки лепили плотно друг к другу – настоящее раздолье для стихии! Склады с порохом и сеном для животных лишь усугубляли ситуацию.
Неудивительно, что за 450 лет Москва 13 раз выгорала почти полностью!
Иллюстрация: МЧС России mchs.gov.ru
Рогатки против стихии
Столичные правители из века в век пытались бороться с бедствием, которое по масштабам разрушений оказывалось едва ли не хуже вражеских набегов.
Великий князь Владимирский и Московский Иван III вместе с сыном возглавляли дружины, которые тушили знаменитые пожары 1472 и 1479 годов. В один из дней правитель даже получил сильные ожоги, но выжил.
После очередного крупного пожара Иван III ввел ограничения для горожан при использовании огня в быту: жители не могли топить бани по вечерам, разводить костры, а ремесленникам разрешалось работать только вдали от жилых построек.
Но самое главное: великий князь решил создать специализированную противопожарную службу!
В 1504 году вышел первый государственный акт, призванный бороться с огнем в столице. В нем был прописан ряд мер, в том числе создание на главных улицах наблюдательных постов – так называемых рогаток, на которых надлежало дежурить дозорщикам-огнищанам. По одному смотрящему от каждого десятка дворов, чтобы вовремя разглядеть красные всполохи и успеть предотвратить большую беду.
Фото: MOS.RU, Репродукция картины Пожар Москвы. Холст, масло. 1813
Как на пороховой Москве
В 1547 году Иван Грозный готовился к походу на Казань. С этой целью на склады в Златоглавую свезли огромный запас пороха. Но селитра, которая предназначалась для разрушения укреплений совсем другого города, едва не погубила саму Москву. Летом того же года в столице вспыхнули пожары, которые из-за пороха превратились в колоссальное бедствие.
Николай Карамзин писал:
«Огонь лился рекою, и скоро вспыхнул Кремль, Китай-город, Большой посад... Треск огня и вопль людей от времени до времени был заглушаем взрывами пороха, хранившегося в Кремле и других частях города».
Сохранились описания очевидцев тех опустошающих пожаров. Летописцы уверяют, что подобного масштаба столица ещё не видела. По их воспоминаниям, в 1547 году огонь полыхал с апреля по июль.
Тогда пострадало свыше 100 000 человек, более 4 000 человек погибло.
Горели дома, улицы, храмы, склады... Стихия уничтожила огромное количество сокровищ – золотых украшений, старинных икон и книг.
Когда с огнем всё-таки удалось справиться, Иван Грозный издал указ, который обязал москвичей в каждом дворе на каждой крыше поставить специальную бочку, до краев наполненную водой.
А ещё в столице появились предки брандспойтов – первые ручные насосы для тушения пожаров. Назывались они «водоливные трубы».
Кстати, построенный из многовековых дубов Кремль одиннадцать раз превращался в угли. И далеко не всегда стихия начинала свой разрушительный путь внутри его стен. Зачастую огонь перекидывался от построенных вплотную торговых рядов.
Поэтому Иван Грозный распорядился отселить торговцев на расстояние не ближе чем 110 саженей (235 метров), создав первый в Москве противопожарный разрыв. Он также начал привлекать стрельцов к разбору деревянных зданий на пожарах. Их оружие – бердыш – из-за своего веса лучше всего подходило для этой работы.
Жителям столицы Иван Грозный вообще запретил в летнее время пользоваться печами для приготовления пищи. Чтобы не ослушались, на каждую заслонку накладывалась восковая печать.
Но и эти меры не помогли полностью обезопасить город: огонь периодически продолжал уничтожать постройки. Нередко перед очередным набегом красного петуха по улицам пускали соседи с востока…
Фото: МЧС России mchs.gov.ru
Красный петух – чёрный пепел
В мае 1571 года крымский хан Девлет-Гирей совершил дерзкий набег на столицу Русского государства. Захватчики даже не пытались взять штурмом хорошо укрепленный Кремль и Китай-город, а просто подожгли окрестные усадьбы. Ветер подхватил разгоревшееся пламя и погнал его по городу от строения к строению, потом к Кремлю. Жар был настолько невыносим, что в храмах расплавились колокола, а в Грановитой палате лопнули железные прутья.
Москва почти полностью выгорела всего за три часа!
Девлет-Гирей со своим войском ушел с пепелища, захватив богатую добычу. А выжившие москвичи несколько месяцев искали и хоронили тела погибших (десятки тысяч человек!) и ещё долго восстанавливали погубленное врагом.
Фото предоставлено пресс-службой ГУ МЧС России по городу Москве
Как лопнуло терпение Петра Великого
Борьбу со стихией продолжил царь Алексей Михайлович Романов.
В 1649 году он издал «Соборное уложение» и «Наказ о городском благочинии». Так на улицах появились служащие дозора – объезжие головы. Они обязаны были следить за тем, чтобы никто из горожан не нарушал правила обращения с огнем. Им же предписывалось тушить пожары с помощью водоливных труб. По сути, это были самые первые служащие МЧС на Руси.
В июне 1701 года очередной пожар начался с кельи в Новоспасском подворье и в итоге охватил почти весь город. Столица горела три дня. Занялись даже плоты, стоявшие на Москве-реке, и сама земля, а точнее остатки деревянных мостовых, что ещё лежали на улицах.
На колокольне Ивана Великого треснули колокола. Видимо, тогда и лопнуло терпение государя Петра I, который своим указом повелел отказаться от деревянных построек в пользу каменных:
«Деревянного строения отнюдь не строить, а строить неотменно каменные домы или, по крайней мере, мазанки, и строиться не среди дворов, как было в старину, а линейкой по улицам и переулкам».
Но указ хорошо выглядел лишь на бумаге, а вот на деле роскошь – строить из камня – могли себе позволить только зажиточные москвичи. Потому каменные строения возводились лишь в Кремле и в пределах Китай-города. Вся остальная Москва вновь отстраивалась из дерева: люди продолжали ставить срубы, прикрывая их мхом и березовой дранкой.
Раздосадованный Пётр I решил возвести новую, каменную столицу на берегу Финского залива – Санкт-Петербург. А в Москве повелел выстроить водозаборные колодцы, которые со временем превратились в пожарные колонки.
Пожарная служба продолжала развиваться. Нередко москвичи на свои деньги строили полицейские участки, в которых также размещались и огнеборцы. Кроме того, на их плечи легли воспитательные задачи – например, отдельно взятые горожане за свои незначительные проступки попадали в пожарные бригады. Считалось, что это поможет им перевоспитаться.
Но куда важнее, что сами работники пожарных бригад начали накапливать и совершенствовать бесценный опыт в борьбе с возгораниями. Столичные огнеборцы росли в профессиональном плане, и правители страны не обошли вниманием этот важный момент.
В частности, 31 мая 1804 года император Александр I издал указ о создании в Москве профессиональных пожарных бригад. Для службы, призванной бороться с бедствием, были выделены специальные съезжие дворы, в которых размещался необходимый инвентарь и конные пожарные обозы. Каждым таким двором руководил брандмейстер.
Фото предоставлено пресс-службой ГУ МЧС России по городу Москве
Обоз, запряжённый гнедыми
Последний великий пожар случился в Москве со 2 (14) по 6 (18) сентября 1812 года. Много лет спустя один из выживших бойцов армии Наполеона писал:
«…я видел старую, славную Москву, город царей, в последний её день, и видел самое начало того пожара, который уничтожил её и погубил нас».
Сейчас сложно с точностью сказать, кто или что на самом деле погубило тогда столицу: чья-то неосторожность, сами москвичи, русская армия или французы. Известно только, что пожарные части ушли из города вместе с российскими полками, забрав с собой насосы и трубы. Огонь уничтожил свыше 70 % городских построек, а также планы французских захватчиков по завоеванию города.
После трагедии 1812 года пожарная охрана Москвы вышла на качественно новый уровень. Например, по всему городу были возведены каланчи высотой с 7-, 8-этажный дом, что позволяло вовремя заметить дым и отправить бригаду на тушение.
Столичные пожарные теперь довольно оперативно прибывали к месту ЧП даже по узким запутанным улочкам, хотя в наличии у спасателей в ту пору ещё не было машин. Начальник бригады, его заместитель, трубники, топорники, вестовой ездили на обозах, оборудованных бочкой с водой и запряженных лошадьми. Если пожар был серьезным, то к первому обозу присоединялся ещё один.
К служебным лошадям пожарные относились с особым трепетом. Для конюшен московской службы животных набирали на лучших конезаводах страны. Причем для каждой части подбирались кони разных мастей: рыжие, вороные, серые… Любой москвич знал, что, например, если мимо промчался пожарный обоз, запряженный гнедыми, значит, полыхнуло где-то в центральной части города.
Бывало, что ехали сразу несколько обозов с лошадьми разных мастей. Это значило только одно: огнеборцы с разных концов столицы спешат на борьбу с крупным пожаром.
Фото: Главархив города Москвы
Берём огонь на себя
С XIX века столица уже не выгорала столь масштабно, как ранее, но крупные пожары всё ещё продолжали вспыхивать в разных её частях.
Одиннадцатого марта 1853 года в 10 часов утра пламя занялось в столярной мастерской Императорского Большого театра: здесь хранились в достатке клей, лаки, краски, дерево... Работники учреждения бросились врассыпную, в панике позабыв опустить железный занавес, который мог бы защитить от огня зрительный зал…
Пожарные на гнедых лошадях примчались быстро, но воду для борьбы с пламенем им приходилось брать из соседних водоемов – водопровод промерз. С огромным трудом, но театр все же потушили, спасли большую часть уникальных построек.
Служба в пожарной части была уважаемой, почетной и невероятно трудной. Снимать тяжелую амуницию во время дежурства запрещалось. Нельзя было даже скинуть промокшие после борьбы с возгоранием сапоги. У пожарных был всего один выходной в месяц, который они нередко тратили на решение хозяйственных вопросов с начальством.
Время и прогресс значительно облегчили жизнь спасателям.
В 1904 году в Российской империи, наконец, был собран первый отечественный пожарный автомобиль, где кроме колонки гидранта и рукавов в 80 саженей имелись две лестницы и места для команды из десяти человек. К 1926 году конные обозы окончательно ушли в историю, уступив место специальным пожарным автомобилям с цистернами, насосами и другими средствами тушения.
А 17 апреля 1918 года был подписан Декрет Совета Народных Комиссаров РСФСР «Об организации государственных мер по борьбе с огнем». Эта дата считается днем рождения советской пожарной охраны.
В том же году было образовано Управление пожарной охраны Главного управления внутренних дел Мосгорисполкома, и с того момента в столице началось активное строительство пожарных депо, установка уличных гидрантов и расширение водопроводной сети.
Но главная сила, которая из века в век помогала бороться с самыми беспощадными пожарами, – это сами огнеборцы. Особые, бесстрашные, сильные, самоотверженные профессионалы, рискуя собственными жизнями, всегда готовы спасать людей и усмирять смертоносную стихию. Так было всегда, так есть и сейчас.