"Это была героическая страница истории!" - командир 1-й десантной штурмовой роты Игорь Крещенок (часть 3-я)

// Ветераны // Мне нравится 768 17К

Москва - Ветеранские вести. Полностью интервью с Игорем Крещенком, в 1995 год занимавшем должность командира 1 дшр 879 гв.одшб, входившего в 336-ю отдельную гвардейскую бригаду морской пехоты Краснозмённого Балтийского флота, можно будет прочесть в готовящемся переиздании книги редактора "Ветеранских вестей" Олега Коршунова "Чёрный снег Грозного". 

Продолжение. Первая и вторая части интервью на портале "Ветеранских вестей" - по ссылкам >>> и >>>.

 

- Какие потери понес  батальон в Грозном?

- Мы потеряли убитыми 18 человек и 34 человека ранеными. Но это за весь Грозный. "Зелёный квартал" мы взяли в итоге, и бои за него отозвались, конечно, серьезными потерями. Но задача была выполнена.

Дворец был взят, мы, балтийцы, вывесили флаг (19 января 1995 года. - Автор.). После взятия "Зелёного квартала" дворец было бессмысленно оборонять. Кстати сказать, пленные, взятые в последующем, за рекой, сообщали, что последние группы ушли из дворца 20 или 21 января. Точно назвать дату уже не могу, просто запамятовал, но 20 января боевики в здании были точно! Я спрашивал у пленных, почему же не стреляли, когда мы флаг вешали? Ну, говорит, первый-то флаг мы сбили... Да, действительно, так и было, первый флаг исчез, мы вешали второй раз. Был такой эпизод. Но абсолютно точно и достоверно, наш замполит десантно-штурмового батальона Александр Плющаков и по одному представителю от каждой роты прошли во дворец и подняли наш флаг. Пленный ответил, ну мы же не дураки открывать огонь в тот момент! Мы под прицелом со всех сторон, ну выстрелили бы, и тогда пошло несколько штурмовых групп, прочесывать дворец, переворачивать его с ног до головы. Боевики ушли за Сунжу, но смена на позициях во дворце происходила как минимум по 20-е число! Вот как-то так.

- Ваше мнение о подготовленности и боевых качествах боевиков?

- Что касается боевиков, это отдельная тема. Многие вещи объясняются просто: чеченцы не "косили" от армии, и старались служить не в стройбатах, а в боевых частях. У них всегда престижно было быть танкистов, артиллеристом, тем более десантником, и прочее в том же духе. Поэтому общая подготовка населения, ополченцев, она была весьма неплохая в военном отношении. Но нужно заметить, и это было очевидно, что были отряды ополчения, которых мы могли бы не получать вообще, если бы не дурацкие налеты авиации, бомбардировки. Когда я за речкой брал пленных, узнал, что многие ушли в ополчение после того, как наша авиация какого-то хрена бомбила жилые кварталы. Обозлили людей плюс, естественно, чеченская пропаганда подогревала настроения: да мы станем самостоятельными, да мы тут объявим независимость, да в России непонятно что творится, да нас всех хотят уничтожить! И в итоге, по моим прикидкам, мы получили от 5 до 15 тысяч ополченцев, которых просто-напросто могло не быть. Они наспех чем попало вооружились и пошли защищать свою территорию, свой город. Ну в их понимании. Они плохо управлялись, они не подчинялись центральному командованию боевиков, у них, как и у нас, были "дружественные" обстрелы. В "Зеленом квартале" мы столкнулись с батальоном Ш.Басаева. Эти воевать умели! Но тем не менее после "Зелёного квартала" он вывел, по показаниям пленных, чуть более 150-ти. И это из порядка 550-ти боевиков! Эти данные подтверждал из разных источников. Естественно, это не 400 человек погибших, было много раненых, были люди, сопровождавшие раненых в аулы, кто-то заболел, кто-то был откомандирован. Но мы их все-таки потерпели изрядно! У них был боевой опыт, кураж определённый, тем более на первых этапах они столкнулись с такой халявой: войска вошли без определённых ясных целей и задач, и вот так на халяву пожечь танки, другую технику... Тем более, что все очень плохо представляли, как использовать технику в городских условиях. Да никак! Она пригодна по большому счёту только для перевозки личного состава на освобожденных территориях, для прикрытия от осколков, пуль и так далее.

Ещё пример: у капитана Евгения Колесникова (гвардии капитан Колесников Е.Н. Погиб в Грозном 18 января 1995 г. - Автор.) был Афган за плечами и очень серьёзный боевой опыт. Его радиопозывной "Баллон" даже в Грозном "коллеги" с противоборствующей стороны вспомнили, выходили по связи на него. "Баллон", ты, не ты?" Ну то есть те ребята, с которыми он воевал в Афганистане, и теперь находившиеся на противоположной стороне. Чеченцы они были или нет, я сказать не могу. Он говорил с ними, ему предлагали прекратить боевые действия, так сказать, в одностороннем порядке.

- Каков был план Засунженской операции и как она протекала?

- Это была очень красивая операция, проведенная самым интересным образом. Мы практически в ней не понесли потерь, выполнив и ближайшую, и конечную задачу группировки "Запад". Было несколько планов форсирования Сунжи. Командование сказало: " Вы морпехи, вы и форсируйте, берите плацдарм, это ваша задача, вы это умеете". Ну, что ж, вроде правильно сказано, и вопросов не возникло. У моей роты задача была довольно простой: выйти по улице Сайханова, форсировать реку, и обеспечить этот плацдарм. И моя рота, с частью взводов парашютно-десантной роты нашего батальона, задачу выполнила.

Первоначально из наших разведчиков пытался переправиться Руслан Вовк, решив наладить канатную переправу в неглубоким месте. Но течение быстрое, берег крутой на той стороне. Два чеченских пулемета высекли бы сразу пол-роты на этой переправе. В общем, я сразу сказал, что этот вариант очень сопливый! На тот момент правее десантники держали мост, и одно-два здания за мостом, от обстрелов ежедневно теряя по одному-два человека. Я сказал, что как угодно, если десантники переходят по мосту, то и мы перейдем, а потом хоть на четырёх костях поползем вдоль берега, но через реку я не поведу. Если есть возможность пройти по суху по этому разбитому мосту, то пойдём как раз по нему. Комбат Александр Даркович ставил задачу точно так же, как в "Зеленом квартале": сначала пойдёт взводный, с ним наиболее подготовленные люди, 17 человек. Я категорически отказался от такого плана, сказав: сначала пойду я, взяв гораздо больше людей. Расклад прост: на том берегу из 17 человек выбывает 2-3 убитыми, 3-4 раненых, и всё, группа не сможет двигаться, ей остаётся только героически умереть. С большим количеством людей я смогу взять и удерживать под контролем значительную территорию, иметь возможность для маневра, обеспечить сбор раненых и их эвакуацию. Мнение в конце-концов удалось утвердить. В итоге потащил 73 человека.

У всех командиров групп были планы с девятью кварталами, которые нам предстояло взять под контроль совместно с парашютистами. У каждой группы был фактически намечен объект для занятия, чтобы надёжно контролировать ту или иную часть квартала. Мы хорошо подготовились, всё оружие подвязали, чтобы не бряцать, не греметь. Перешли мост, по нам никто ни разу не выстрелил. То есть они нас просто не прочухали, мы шли в 4 утра, а это самое сонливое время. Затем шли вдоль берега метров где-то 400-600 в колонну по одному. Чуть раньше нас перешёл реку взвод парашютно-десантной роты, у них была задача как раз на промежутке, когда мы шли от реки, занять здание, то есть выставить блокпост на случай, если мы пройдём дальше. Парашютисты дом заняли, мы прошли их позицию без всяких остановок, вышли на предназначавшуюся нам улицу Хрусталева, на том берегу, как и было условлено, нам обозначили точку выхода. Просто моргнули фонариком, показали, всё, мы на месте. Хотя в том районе даже ночью не сложно было ориентироваться. Там очень характерные изгибы улиц у реки, так что мы не потерялись бы. Дальше, как и планировали, я собрал командиров, сказав: начинаем выдвижение слева, справа по кварталам, по одной улице, по другой, занимаемой угловые дома в кварталах, ну или где-то не совсем угловые. Старались занимать недострой, потому что "духи" тоже комфорт любят, размещаются в домах хороших и надежных.

После начала выдвижения с нами произошло небольшое приключение. Передовые группы ушли, и тут нас стала активно подсвечивать артиллерия, как потом сообщил комбат - наша, одной из группировок. То есть над нами повисли осветительные мины, по 5-6 штук сразу, и стало светло как днём. Мы поприжались к заборчикам вдоль улицы, залегли гуськом, чтобы не привлекать внимание. Я крыла матом по радио, и требовал от комбата выйти на частоты и прекратить подсветку. Продолжалось всё, может, минут 15-20, "духи" не смогли нас заметить.

Но когда прекратилась вся эта ерунда, начало светать, вот что обидно! И нам оставалось очень мало времени на выполнение задачи, тихо заскочить в дома, не вступая в бой, не полностью расположиться в трёх кварталах. Следовавшая с нами парашютно-десантная рота столкнулась с боевиками, как раз группа командира роты, произошла короткая перестрелка, но потерь с обеих сторон не было. В общем, "духи", видимо, решили, что это какая-то разведгруппа, не преследовали, и парашютисты заняли позиции левее меня. В общем, занять-заняли, стали быстро организовывать взаимодействие, махать друг другу из глубины комнат тряпками, чтобы рассмотреть, кто где находится.. Для меня это было очень важно, я уделял много внимания взаимодействию.

К 10 утра мы стали все хорошо понимать и ориентироваться. А понимать стали, что сидим чётко внутри обороны душманского батальона. Наблюдали, как " духи" поутру пошли за водой беззаботно, покуривая. В тот же момент одна из групп начала по радио страшно верещать, что если мы сейчас не откроем огонь, "духи" войдут во двор и тогда вся ситуация сложится несколько жестче. То есть одна из "духовских" групп выдвигалась прямо на наши позиции, не знаю даже и зачем - может за дровами или за водой. А поскольку тянуть уже было бессмысленно, я отдал общую команду на открытие огня, и минут 20 у нас шёл ожесточенный бой. Ну, как бой? Скорее, избиение младенцев. Они в начале отреагировали довольно бурно, высыпали из всех дворов, решив, что, видимо, кого-то здесь заели, какую-то разведгруппу. Ну, что-то вроде - мы их сейчас поймаем, а сами весёлые, радостные! А их бьют со всех щелей, со всех перекрестков. Мои ориентировались чётко, я попросил ротную частоту не забивать, но какое, к черту, там! Было очень сложно выйти в эфир, потому что командиры групп дружно начали общаться: "Лови этих, к тебе двое с той стороны, к тебе трое с этой". Ну, потом всё стихло. 19 человек у меня подтвержденных убитых " духов", тех, что остались, которых не смогли утащить. То есть грубо говоря из квартала их выбили. В течение где-то пары часов предпринимались какие-то попытки прощупать нас, как мы расположились. Но потом поняли, что нас достаточно много и сидим крепко и широко, и потому боевики предприняли лобовые наступления со стороны Сайханова. К исходу дня мы чётко осознавали, что всё контролируем. До нас довели данные радиоперехвата, что в нашем районе собирается до пятисот боевиков, с танками, атаковать и всё такое. Ну, говорю, да пускай атакуют! Это уже их проблемы, это их горе, пускай попытаются нас сковырнуть. Какой-то танк катался, правда, стрелял не по нам. Бойцы рвались его подбить, но, как бы, танк танком, а жизни матросов дороже.  У "духов" потери были несопоставимые с нами и за "Зелёный квартал" мы с них взыскали!

Батальон форсировал дальше, мы обеспечивали батальону переправу, и левобережье  разрезали фактически пополам. Батальон в одну ночь штурманул здания школы и больницы, а  разведвзвод Сергея Шейко, введенный в финальной части операции, в общем-то дошёл до окраин города. После этого смысла " духам" обороняться не было, их раздавили бы огнём артиллерии

Несмотря на все инсинуации, мы никогда не говорили о том, что мы штурмовали площадь "Минутка" на Ленина (Площадь "Минутка" располагалась на противоположном берегу Сунжи, к ней выводила улица Ленина. Стоит заметить, что и многие военнослужащие, не слишком разбиравшиеся в топонимике Грозного, и публицисты, не удосужившиеся уточнить данный факт, "Минуткой" именуют площадь перед Республиканским комитетом - "дворцом Дудаева", что неверно. - Автор.). Часто приходится с этой информацией сталкиваться, об этом говорят и обиженные тихоокеанцы (165 пмп ТФ.-Автор), вот, мол, они площадь взяли, но на самом деле в том районе воевали как раз мы. Задача непосредственно взять " Минутку" перед нами не была поставлена, и находилась она левее нашего направления. Задача на её взятие была как раз у тихоокеанцев. Мы обеспечили им переправу, так же без потерь перевели на другой берег. Это, кстати, может подтвердить огромное количество моих однокашников, выпускавшиеся со мной из ДВОКУ, они были как раз командирами взводов, командирами рот в морской пехоте ТОФ, и участвовали в боях, и, в частности, переправляясь через Сунжу, проходили через моё КП. Я со многими ребятами повидался в те дни.

Именно там, за речкой, мы познакомились с корреспондентами "Красной звезды" О.Одноколенко и В.Хабаровым, авторами ряда статей в газете о наших бойцах. Выходит по рации на меня командир огнеметного отделения. А уже стемнело. Он старшим расчёта у реки, у переправы. Несмотря на то, что переправа у нас в тылу, и, в принципе, в достаточно глубоком, мне необходимо было держать там серьёзную огневую точку и нормального подготовленного сержанта. Очередной ПТС пришёл, мои проводники повели людей. И мой сержант сообщает: что мне делать? Двое остались на берегу, какие-то непонятные. Спрашиваю, точно с ПТСа? Да, отвечает, переправились, только не знают, что им сейчас делать.  Говорю, ну тащи их на КП ко мне.

Приводит. Они, конечно, перепуганные. Говорю, кто такие? Представляются: капитан первого ранга, полковник... "Так! И что вы здесь делаете?" - "Ну вот, мы просили, нас за речку не пустили, мы решили сами запрыгнуть. А когда переправились, всех быстро разобрали, а мы рассчитывали здесь штаб какой-нибудь увидеть". Я говорю: здесь штаб?! Здесь война, говорю, ребята, немножко ошиблись вы со штабом! В общем, привели, пообщались чуть-чуть. И вот тут как раз моего бойца принесли. Ну сначала доложили по радио. Журналисты потом большую статью написали " Спасите меня, сынки!" (Статья за подписью В.Хабарова. - Автор.), про то, как у меня матрос Ваня Бурмистров бабушку спасал. Она перекрёсток перебегала на улицу Сайханова как раз, и ей с пулемета в спину зарядили. Она упала под окнами, лежит, стонет: "Сынки, спасите, сынки, спасите!" Ну у сынков нервы не выдержали, они всей гурьбой, всей группой высыпали на улицу, от пояса из автоматов поливая. Двое бабушку подхватили, Ванька прикрывал. Все нырнули обратно, Ваню пуля рикошетом по ноге черканула, и довольно серьёзно. Потом, позднее, оперировали его в Германии. Успешно оперировали.  Недавно на гастролях встретились в Ивановской области. У него жена как раз в военкомате работает, после концерта подходит, и спрашивает: "Вы такого Ивана Бурмистрова не знаете? Он тоже в морской пехоте в 95-м воевал". Я отвечаю, да как же не знаю! В общем, не так давно виделись. Товарищ мой...


Читайте также:

Премия "Лучшие книги и издательства года - 2021"
Победитель Литературной премии имени Дельвига
Мы - лауреаты конкурса "СМИ против коррупции"
Veterans News - победитель конкурса "Щит и перо"
WVF отметила команду "Ветеранских вестей"

Фото // vvesti.com ©

Теги: // ветераны